В. Маяковский – Сочинения в двух томах, т. 1

В. Маяковский – Сочинения в двух томахДавно хотел почитать этот двухтомник, чтобы составить окончательное мнение о творчестве Маяковского. Я считаю, это уникальный поэт, потому что ему удалось из разрозненных исканий футуризма и революционного пафоса разрушения собрать свой стиль, который, будучи одновременно цельным, доступным, узнаваемым и новаторским, не имеет себе равных во всем XX веке. Дойдя до раздела со стихами, я был поражен тем, какие яркие стихи автор выдает с самого начала, и думал: то ли еще будет! Ядовито-выпуклые пейзажи и титанические порывы как будто сулили невероятные поэтические прозрения в дальнейшем.

Но все оказалось не так. Уже в 1917–1918 гг. Маяковский, захлестнутый волной революционного энтузиазма, ставит несколько очередных экспериментов, суть которых – в сближении с народом (причем это никак не потакание вкусам толпы, а скорее попытки сконструировать принципиально новое искусство, понятное широким массам и способное увлечь их), а также в стремлении активно преобразовывать реальность словом. Читая дальше, начинаешь сознавать, что перед тобой одни агитки, что это не просто такой подраздел, а закостеневший, навсегда усвоенный творческий подход и что другого уже не будет. Мол, у буржуев все плохо, у нас в основном хорошо, хоть есть недоработки, зато, если высоко нести знамя Ильича, то будет совсем хорошо и они там лопнут от злости.

Читать далее

Реклама

С. Я. Маршак – Собрание сочинений в 4 томах, т. 2

С. Я. Маршак – Собрание сочинений в 4 томахЯсный слог, четкие рифмы, наличие вкуса и фантазии – все это меня в Маршаке привлекало и раньше. Оказывается, помимо переводов и детских стихов, у него есть и достойные образцы авторской лирики для взрослых. Особенно понравились: «Бор», «И поступь, и голос у времени тише…», «Когда, изведав трудности ученья…», «Бывало, в детстве под окном…», «Голос в лесу», «Сколько раз пытался я ускорить…», «Память детства», «Ледяной остров» (повесть в стихах), «Сталинграду», «Не и ни».

Что до тенденциозных просоветских стихов, то куда уж деваться, если даже Ахматова их не избегла. Читаю «сатиры», направленные против «загнивающего Запада», с политикой, с фамилиями, – и думаю: небось о том, что в СССР о такой критике даже заикнуться нельзя, не напишешь. Далее следует подборка привычно беззубой «внутренней» сатиры под стыдливым заглавием «Сор из избы». Ну, хотя бы так.

Читать далее

А. Ахматова – Стихотворения в двух томах

Ахматова – Стихотворения в двух томахДва тома Ахматовой – для поклонников ее творчества, вероятно, в самый раз, а для меня слишком много. Однако дома однотомного издания не было, а было два разных двухтомника. Выбрал один из них, прочитал полностью первый том и просмотрел второй – с «побочными» и неоконченными стихами, а также статьями и письмами.

Хотя ни Ахматова, ни Цветаева не вошли в число моих любимых поэтов, но вторая, наверное, все же понравилась больше. Мне показалось, что она больше любит Слово, внимательнее к нему относится – Ахматова же больше «великого русского Слова» любит свою тоску, при этом зачастую позволяет себе писать о ней небрежно, а иногда даже невзрачно. У нее можно встретить многое из того, что меня раздражает у Блока (она находилась под его сильным влиянием), и не только в настроении, но и в технике стиха. Например, она, как будто желая переплюнуть своего учителя с его убийственной рифмой «твоих» – «моих», выдает рифму «него» – «его».

Читать далее

Shakespeare – Sonnets / Шекспир – Сонеты

Shakespeare – Love SonnetsПараллельно читал сборник избранных сонетов в оригинале и все сонеты в переводе Маршака. Оригинал, конечно, воспринимается с трудом, и в основном нравятся те стихи, где нет темных мест, графических рифм вроде love – move и прочих сложностей, требующих исторического или стиховедческого комментария, таких как историческая рифма departest – convertest. В оригинале больше других понравились сонеты: 17, 27, 64, 65, 71, 130; в переводе – 2, 12, 17, 39, 74, 77, 121, 146.

Некоторые поэты стараются сделать каждое стихотворение уникальным, а Шекспир – как раз пример того, когда у автора есть несколько тем, каждую из которых он разрабатывает в нескольких стихотворениях, зачастую при помощи схожих образов. Поэтому среди сонетов отчетливо выделяются большие и малые тематические группы, которые иногда пересекаются. Например в начальную группу сонетов о деторождении (Procreation sonnets) под конец вплетается тема вечной жизни возлюбленного в стихах, которая будет появляться и далее. При этом почти в каждом стихотворении в пределах группы есть свои особые смысловые нюансы, тема развивается так разносторонне, что подчас один сонет противоречит другому.

Читать далее

Низкие своды

этюд

Бог псов свил склеп жизни
Из грез тли, ртов будней.
Был юн, нес ветвь перьев,
Труд уст в зуд струн кутал.
Стал хил, врос в щит ветра,
Как хлеб коз – в дюн слезы.

Ест ил дня троп весла,
Ларь дум в пол мух вдавлен.
Жар дел сник, и блеклый
Цвет слов лег ряд к ряду.
Туп нож пут. Что делать?
Где яд бед, бич тягот?

Взяв зуб дров, свод вскрыть ли?
Врыть ли столб тьмы в землю,
Как волк пор гряд – лапой?
Вшить шаг змей в стен устье?..
Все – чтоб сок утр черпать,
В лавр лбов солнц вдев темя.

Oscar Wilde, Poems / Оскар Уайльд, Стихи

Oscar Wilde, Poems / Оскар Уайльд, СтихиЗамечательное издание! С удовольствием почитал бы на двух языках и других поэтов-классиков – английских, а может, и арабских, например. Первое же стихотворение, The New Remorse, помещенное на клапанах суперобложки, понравилось и заинтересовало. Перевод показался мне мастерским. Позже, в середине книги, я прочел имя переводчика – Григорий Кружков. Я уже знал его по переводам Э. Лира, и, таким образом, благоприятное впечатление было подкреплено.

Поскольку мне сложно пока воспринимать ритмику английских стихов зрительно, я читал оригиналы вслух, хотя в общественном транспорте, разумеется, тихо, едва шевеля губами. Интонация у меня при этом получалась очень пафосная, напряженная – так удобнее смаковать стиснутые английские звуки и густую, насыщенную односложными словами речь. Кроме того, так я учился справляться с многочисленными ритмическими инверсиями, совершенно непривычными для слуха, воспитанного на классической русской поэзии с ее плавностью и ритмической стройностью.

Читать далее

Чия церква?

Довго ти вештався містом, небоже,
Бачив церкви і хотів розібрати,
Що тобі кажуть ці обриси. Може,
Щось про синоди та патріархати?

Гамір канонів, мов нитку, розмотуй,
Пий кам’яниць каламутні зітхання.
Чи розповість хоч одна тобі потай,
Чий на ній хрест і чия на ній баня?

Чи всепрощення віщує дзвіниця,
Чи закликає: «Невірних – в облогу»?
Хтозна! Між тим на ходу тобі сниться
День, коли виступить церква з-за рогу,

Поглядом буде тебе зустрічати,
Як на свята чепурна перехожа,
Знітиться, чуючи: «Церкво, чия ти?» –
І прошепоче усміхнено: «Божа».