В. Маяковский – Сочинения в двух томах, т. 1

В. Маяковский – Сочинения в двух томахДавно хотел почитать этот двухтомник, чтобы составить окончательное мнение о творчестве Маяковского. Я считаю, это уникальный поэт, потому что ему удалось из разрозненных исканий футуризма и революционного пафоса разрушения собрать свой стиль, который, будучи одновременно цельным, доступным, узнаваемым и новаторским, не имеет себе равных во всем XX веке. Дойдя до раздела со стихами, я был поражен тем, какие яркие стихи автор выдает с самого начала, и думал: то ли еще будет! Ядовито-выпуклые пейзажи и титанические порывы как будто сулили невероятные поэтические прозрения в дальнейшем.

Но все оказалось не так. Уже в 1917–1918 гг. Маяковский, захлестнутый волной революционного энтузиазма, ставит несколько очередных экспериментов, суть которых – в сближении с народом (причем это никак не потакание вкусам толпы, а скорее попытки сконструировать принципиально новое искусство, понятное широким массам и способное увлечь их), а также в стремлении активно преобразовывать реальность словом. Читая дальше, начинаешь сознавать, что перед тобой одни агитки, что это не просто такой подраздел, а закостеневший, навсегда усвоенный творческий подход и что другого уже не будет. Мол, у буржуев все плохо, у нас в основном хорошо, хоть есть недоработки, зато, если высоко нести знамя Ильича, то будет совсем хорошо и они там лопнут от злости.

Читать далее

Реклама

Х. Ли, «Убить пересмешника»

Х. Ли, «Убить пересмешника»Никогда особо не интересовался этой книгой. Но на этот раз она мне попалась как раз после того, как кум сказал, что прочитал ее (а он редко читает что-либо, кроме фантастики) и остался в восторге.

Его особенно впечатлило то, как автор рассказывает о серьезных вещах через призму восприятия восьмилетней девочки. Он считает, что фильм хорош, но книга не в пример лучше, потому что фильм показывает картинку и не может поместить зрителя в сознание ребенка так, как это делает книга, написанная от лица этого ребенка.

Я передаю здесь его слова потому, что от себя могу сказать то же самое. Спокойное здравомыслие Аттикуса в сочетании с безошибочным нравственным чувством и инстинктом педагога создают потрясающий образ отца простого, по сути, человека, не ханжи, не педанта и не гордеца.

Читать далее

Ш. Бронте, «Джен Эйр»

Ш. Бронте, «Джен Эйр»Удивительная книга! Мне очень понравилась. Наверное, я прочитал ее в правильное время, в том возрасте, когда смог оценить (предполагаю, что раньше могло бы выйти иначе).

Главное для меня в книге – то, что она о женщине, которая «тоже человек». Разительный контраст с «Гордостью и предубеждением», в котором мир женщины ограничен посиделками в гостиной и мечтами о богатом женихе.

Джен Эйр – это прежде всего личность, живая, деятельная, мыслящая, волевая. Даже когда она следует предрассудкам века (отказывается от счастья с любимым, образно говоря, из-за штампа в паспорте), она все равно проявляет свой характер, отказываясь от пассивной, зависимой роли.

Читать далее

М. Пришвин, «Лесная капель» (повести и рассказы)

М. Пришвин – «Лесная капель»Ожидал чего-то совершенно иного. Думал, что советские певцы природы – это эскаписты, внутренне протестующие против «линии партии», но не могущие высказать свой протест прямо. В Пришвине я, напротив, усматриваю автора, который ставит свои наблюдения над природой и людьми на службу советскому мифотворчеству. Чего стоит одна мысль о том, что русский человек должен сказать всему миру слово некой новой правды. Это же почва для нынешнего бессмысленного и беспощадного российского мессианства!

Когда автор говорит о любви к природе, попутно упоминая, как он подстрелил то одного, то другого, это напоминает Оруэллово двоемыслие. Все равно, что серийный убийца рассказывал бы о красоте своих жертв, излагал бы философские идеи, которые они ему навевают, и призывал бы хранить и приумножать человеческий фонд для будущих поколений маньяков.

Читать далее

Э. М. Ремарк, «Три товарища»

Э. М. Ремарк, «Три товарища»Решил прочитать после того, как мама в очередной раз напомнила, что это одна из ее любимых книг. Мне сразу показалось, что она очень похожа на другое произведение Ремарка – «Черный обелиск», который я читал в студенческие годы. Такая же обстановка, такое же настроение.

В число любимых книг «Три товарища» не вошли, но было интересно. Особенно понравились мрачноватый юмор и отдельные рассуждения, например о том, что можно жить, как обанкротившиеся миллионеры, которые уже все повидали и, таким образом, не подвержены суетным стремлениям.

Читать далее

В. Безорудько, «Солом’яний капелюх»

В. Безорудько – «Солом’яний капелюх»Книга 1964 г., с подзаголовком «Сатира й гумор» и характерными иллюстрациями. Вначале меня привлек этот своеобразный дух румяного украинского советского юмора.

Все самое интересное в книге – в мелочах: смешных попутных замечаниях, еле уловимых деталях, ироническом тоне, – и все это местами доходит до такой концентрации, что невозможно не улыбнуться. Например: «– Зайдімо до корпусу, – він вимовив це слово без натяку на якусь іронію, – коли у вас є відрядження – дзвоніть у район. Надішлють коней. / Я був глибоко схвильований таким проявом залізничної уваги до мене. Безперечно, я зараз об’єкт, на якому випробовується чуйне ставлення залізничників до пасажирів».

Но ближе к середине книги стало понятно, что суть всех рассказов сводится к довольно плоскому колхозному морализаторству. Мол, пока спекулянт пытается сбыть чахлого петушка на базаре, колхозники за трудодни покупают себе машины и засыпают амбары зерном.

Х. Л. Борхес, «Книга вигаданих істот»

Книга вигаданих істотКнига не имеет сюжета и построена в форме мини-энциклопедии (либо средневекового бестиария). Помню, как интересно мне было в детстве читать энциклопедии, например «Мифы народов мира». И теперь я подумал, что автор, вероятно, потому и захотел исследовать возможности такой формы в художественной (либо околохудожественной, псевдонаучной) литературе.

Статьи написаны бессистемно и не следуют определенной классификации существ: попадаются существа мифические, вымышленные философами, реальные, но с приписанными фантастическими признаками. Иногда в одной статье речь идет сразу о нескольких разных существах.

Особых смысловых тонкостей я не прочувствовал, под конец читать было не очень интересно. Однако по наводке Борхеса почитал в Интернете кое-что о том, что меня заинтересовало, в частности о чувствующей статуе Кондильяка и антропософии Рудольфа Штейнера.