О. Бердник, «Марсіанські зайці»

Бердник, «Марсіанські зайці»Кроме заглавного рассказа, в сборник входит еще один – «Міжзоряна нянька». Как мне показалось, он написан довольно топорно. Например, я очень сомневаюсь, что такому роботу удалось бы вырастить из младенцев нормальных, психически здоровых людей. А о воскрешении экипажа, погибшего от радиации, и говорить нечего.

Второй рассказ понравился больше. Он тоже написан несколько наивно, но это наивность текста, рассчитанного на детское восприятие, а не наивность автора. Оговорка, что все описанные события могли лишь присниться ребятам, – конечно, чрезвычайно избитый прием. Но она помогает переключиться и увидеть в рассказе не ошибочную гипотезу, а вдохновляющую попытку заглянуть за пределы известного.

Реклама

А. С. Серафимович, «Три друга»

Серафимович, «Три друга»Детская книжка, включает четыре рассказа: «Три друга», «В бурю», «Воробьиная ночь» и «Лесная жизнь». Начал читать и сразу обратил внимание на простой и душистый язык с украинскими вкраплениями (включая незнакомое мне выражение «та це!» в значении «прочь!»). Первый рассказ – о щенке и зайчонке; я подумал, что как раз Тимофею будет такое интересно.

Особенно понравился и даже растревожил рассказ «В бурю». Дед постоянно напивается и за любую оплошность сечет приемного внука. Но в бурю он жертвует собой, чтобы спасти мальчика, – бросается за борт с расчетом на то, чтобы облегчить лодку. Уже все неоднозначно. Да к тому же в конце, когда, казалось бы, все уже ясно, вдруг происходит неожиданный поворот, и финал остается открытым. Так и не понимаю, зачем это понадобилось автору.

В. Катаев, «Белеет парус одинокий»

Катаев, «Белеет парус одинокий»Нашел у бабушки эту книжку. Прочитал в Интернете о Катаеве кое-что, что меня заинтриговало: из Одессы, из того же кружка, что Бабель и Олеша; пишет очень сочно и в то же время просто; участвовал в Гражданской войне на стороне белых, о чем написал в мемуарах в советское время. Решил почитать.

Приятная в целом книга, хотя, может быть, я ожидал чего-то более яркого. С одной стороны, мне понравилось, что в ней почти нет политики, акцент сделан на общечеловеческих ценностях и даже религия критикуется очень мягко, почти незаметно. То есть можно даже сейчас спокойно читать ребенку, дав небольшой комментарий о революции 1905 г.

Читать далее

Ч. Паланик, «Колыбельная»

Ч. Паланик – «Колыбельная»Порекомендовала Марина Демчук – большая поклонница Паланика. Я тогда читал Ш. Гэннон и сказал, что прочитаю «Колыбельную», если она прочитает «Йогу и вегетарианство». Так и договорились.

Сложно сказать, хорошая ли это книга. Но она точно интересная и написана очень интересно. Стиль такой, как будто смотришь остросюжетное кино, и приемы примерно такие же. Например, монтаж: каждая сцена описывается не в общем, а отдельно для каждого персонажа, причем кусочками, которые следуют один за другим. Получается как будто мозаика из кадров, которая создает своеобразное напряжение и мощный эффект присутствия. Похоже устроен и весь роман в целом: вначале непонятно, как связаны между собой разные сюжетные линии, а вводные эпизоды с сержантом вообще, как оказывается, относятся ко времени после окончания основного сюжета. В конце все сходится, опять же, как в кинотриллерах, и это очень радует.

Читать далее

«Дотик зачаєного жаху». Збірка малої horror-прози

Дотик зачаєного жахуЯ участвовал в конкурсе рассказов ужасов в духе Лавкрафта, организованном журналом «Стос». Мой рассказ «Годованець» («Откормок») вошел в число победителей и был напечатан в итоговом сборнике. Я получил авторский экземпляр и, естественно, решил познакомиться с произведениями других участников.

Вначале мне не показалось, что это в основном любительские поделки и что авторы не начитались Лавкрафта, а насмотрелись современных ужастиков. Впрочем, рассказ одного «насмотревшегося» (как мне кажется), The Nobodies, мне понравился.

Но потом было несколько добротных рассказов «начитавшихся», и в итоге я пришел к выводу, что ядро сборника составляет как раз качественная хоррор-проза, а теми немногими произведениями, которые не входят в эту группу, можно пренебречь. А не входят, в моем понимании, откровенно любительские, малопонятные и жанрово чуждые рассказы.

Отметил для себя некую жанровую инерцию у отдельных авторов: их рассказы тяготеют не к заглавному жанру, а к другим, возможно, более привычным для них. Так, легко предположить, что В. Генику ближе детектив, а В. Сорду – военная проза. Общая проблема многих рассказов, даже хороших и в том числе моего (хорош он или плох), в недостаточно ясно, полно и убедительно выписанной развязке.

Читать далее

Дж. Уиндем – «День триффидов», «Отклонение от нормы» («Хризалиды»)

Wyndham – The ChrysalidsЗаинтересовался этим автором, когда узнал, что он – бывший ученик школы «Бланделлс» из нашего каталога. А потом еще прочитал, что «День триффидов» перевел А. Стругацкий (под псевдонимом С. Бережков). И вообще, выяснилось, что писатель, о котором ни я, ни кто-либо из моих знакомых, прежде не слышали, очень популярен в мире: есть несколько экранизаций, а в Австралии даже была рок-группа The Triffids.

Так вот, о книге. Я уже и забыл, какой интересной бывает классическая фантастика. Не бессмысленные стрелялки и не псевдофилософское нытье, а такие вот умозрительные эксперименты, помогающие человеку лучше понять свое место в мире. Понравилось среди прочего, как Билл в «Дне триффидов» рассуждает и сомневается, стоит или не стоит помогать слепым, – ведь, с одной стороны, их жалко, а с другой – они, очевидно, обречены.

Однако некоторые моменты показались все же малоубедительными. Например, то, что к катастрофе приводят сразу два фактора, каждого из которых в отдельности было бы недостаточно: ослепляющий метеоритный дождь и появление нового вида растений – триффидов. Причем они оба по большому счету так и остаются необъясненными. А еще то, сколь многие ослепшие люди сразу, буквально в первые же сутки, рвутся покончить с собой – по-моему, ненужная драматизация; кажется, я бы на их месте еще долго надеялся, что зрение вернется через время или что откуда-то придут спасатели.

Читать далее

О. Шинкаренко, «Кагарлик»

КагарликМой экземпляр подписан автором так: «Олексію, який вчинив правильно». Дело было на выставке «Книжный арсенал». Олег Шинкаренко стоял за стендом издательства «Люта справа» и весьма убедительно предлагал посетителям купить его книгу. Хотя я на тот момент уже потратил кучу денег, но против авторской рекламы устоять все же не смог.

Роман примечателен во многих отношениях. Во-первых, он разделен на главки по сто слов, пронумерованные, соответственно: 100, 200, 300 и т. д. Во-вторых, во-многих случаях связь между ними довольно зыбкая, например, в очередной вдруг начинаются некие отвлеченные рассуждения лишь с некоторыми намеками на само действие, или дается экскурс в историю, или вместо основного рассказчика вступают другие, с совершенно иным видением мира и описываемых событий. Словом, текст выглядит как набор деталей из разных конструкторов, из которых автор складывает некое причудливое целое.

Читать далее